SEO в 2026: нейросетевая паника, будущее контента и ключевые инструменты для Яндекса и Google

Мы собрали мнения девяти экспертов и задали вопросы о том, что ожидает поисковое продвижение сейчас и что будет двигать проекты в ТОП в ближайшем будущем.

SEO и SERM 

Вопрос слияния SEO и SERM остаётся дискуссионным. Очевидно, что появление нейропоиска подталкивает специалистов чаще заниматься репутацией проекта на внешних площадках, но что думают эксперты?

Артём Акулов не согласен с тезисом о полном объединении направлений. По его мнению, и в 2026 году SEO и SERM останутся разными услугами — с собственными задачами, инструментарием и показателями эффективности. При этом появляется новая обязанность: отслеживать упоминания бренда в нейросетях и понимать, в каком контексте компания фигурирует в AI‑ответах. Контроль нейровыдачи постепенно становится частью обыденных задач специалистов.

Георгий Шилов, напротив, считает, что слияние SEO и SERM уже произошло.

Эксперт давно использует репутационные механики в продвижении брендов, не выделяя их в отдельный тренд. Управление восприятием бренда в поиске всегда было частью SEO, а развитие нейропоиска только сделало эту связь более заметной.

SERM: как управлять репутацией в сети 

Артём Маркелов придерживается средней позиции. Он фиксирует изменение пользовательского поведения: всё больше людей после первого контакта с брендом через поисковую систему переходят к проверке отзывов, упоминаний и общего информационного фона. 

Репутация начинает влиять не только на конверсию, но и на то, как бренд будет представлен в нейроответах. В будущем каждый SEO‑специалист будет вынужден включать элементы управления репутацией в свою работу, но этот процесс будет эволюционным.

Паразитное SEO и PR‑размещения

Паразитное SEO — стратегия быстрого продвижения контента путём размещения материалов на авторитетных сторонних площадках (vc.ru, Дзен, Medium, Reddit, крупные СМИ), обладающих высоким трастом поисковых систем. 

Вопрос паразитного SEO и PR‑размещений вызывает полярные оценки: с одной стороны, такие размещения позволяют быстро получить видимость и занять позиции по конкурентным запросам, особенно в задачах рейтингов и брендинга, с другой — они слабо масштабируются, плохо контролируются и дают ограниченный вклад в долгосрочный рост собственного сайта, поэтому их эффективность во многом зависит от зрелости проекта, конкурентной среды и целей бренда.

Георгий Шилов рассматривает паразитное SEO как полезный инструмент, особенно при продвижении запросов формата «лучшие», «ТОП», «рейтинг» и т. д.

Кроме того, внешние трастовые площадки позволяют быстрее захватывать позиции в поисковой выдаче, паразитные размещения усиливают бренд, создают дополнительный информационный фон и формируют массив данных для тех же LLM.

Михаил Шакин не фиксирует рост спроса на паразитное SEO и PR‑размещения. Интерес к таким инструментам остаётся на уровне прошлых лет.

Рамазан Миндубаев отмечает: паразитное продвижение имеет смысл, когда сайт уже занимает хорошие позиции и у проекта есть ресурсы для расширения охвата. 

В отдельных нишах паразитные страницы могут стать даже основным способом занять ТОП. Но для большинства сайтов с широкой семантикой классические ссылки и системная SEO‑работа дают более стабильный результат.

Артём Акулов рассматривает паразитное SEO как рабочий, но не универсальный инструмент. 

Решение о его применении принимается только после анализа конкурентной выдачи. PR‑размещения он относит к зоне брендинга и репутации: они редко дают прямые лиды, но повышают узнаваемость бренда и увеличивают вероятность его появления в нейроответах.

Олег Шестаков давно включил паразитное SEO в базовый пакет услуг. 

Причина в том, что новым и слабым доменам становится сложнее продвигаться на российском рынке, тогда как паразитные страницы на трастовых площадках занимают топовые позиции в Яндексе за считаные часы или дни.

Александр Ожгибесов считает паразитное продвижение необходимым элементом борьбы за видимость в ответах нейросетей. 

Одна из причин — присутствие бренда на авторитетных внешних платформах повышает шансы быть выбранным LLM в качестве источника данных.

Артём Маркелов отмечает, что подборки, рейтинги и статьи на трастовых площадках стабильно удерживают высокие позиции в поиске, соответственно, SERM — полезный и рабочий инструмент.

39 соцсетей для обратных ссылок, которые помогут повысить рейтинг сайта 

PR‑размещения получат новое дыхание с точки зрения SEO‑специалистов, хотя этот инструмент не для массового прироста лидов, а для формирования имиджа бренда и повышения его представленности в нейроответах. Такие подходы оправданы для крупных проектов, публичных брендов и руководителей компаний.

Будущее контентных проектов 

Классическая модель контентных сайтов, ориентированных на массовый информационный трафик, утрачивает эффективность. По данным исследований, в 2025 году около 60–70 % поисковых запросов заканчиваются zero‑click, когда пользователь получает ответ прямо в выдаче или AI‑блоке. Но насколько всё печально?

Михаил Шакин считает, что традиционные SEO‑блоги давно прошли пик своего развития. Собственный сайт перестаёт быть основным каналом привлечения аудитории и выполняет роль точки присутствия. 

Основной контент и взаимодействие с аудиторией смещаются в социальные сети и видеоформаты. Соответственно, оптимальная модель продвижения — распределённое присутствие на разных платформах.

Илья Горбачёв подтверждает: контентные проекты остаются жизнеспособными только при наличии сильной идеи и чёткого понимания пользовательской ценности. 

Ключевой фактор — осознанная модель монетизации, которая не ограничивается рекламными сетями вроде РСЯ и AdSense.

Как монетизировать свой сайт? Рассказал Георгий Задворнов, co‑founder Advertronic 

Рамазан Миндубаев не видит исчезновения СМИ, блогов и UGC‑платформ, но подчёркивает: требования к качеству контента в разы возрастают. 

Простая агрегация информации перестаёт работать, поскольку эту функцию эффективнее выполняют сами нейросети. Будущее контента — материалы, основанные на реальном опыте: исследованиях, практических кейсах, ошибках и выводах.

Артём Маркелов фиксирует сокращение интереса к классическому информационному трафику как самостоятельному источнику монетизации. 

Этот сегмент сжимается, но информационные запросы сохраняют ценность, если используются как часть воронки продаж. Между контентом и пользователем появляется новый слой — быстрые ответы в нейровыдаче. Трафик и лиды из нейросетей будут менее массовыми, но более качественными.

Артём Акулов прогнозирует утрату актуальности контента, создаваемого исключительно ради трафика. Он ожидает рост спроса на информацию от реальных людей, что приведёт к развитию закрытых платформ и персонализированных форматов. 

Ценность контента всё больше определяется не объёмом охвата, а личностью автора и доверием к нему.

Георгий Шилов уверен: контентные проекты не исчезнут, а продолжат развиваться в разных формах. С точки зрения AEO и GEO ключевую роль играют вес и траст площадки, а также внешние упоминания.

Александр Ожгибесов занимает радикальную позицию: контентные проекты в классическом понимании обречены на исчезновение, так как нейросети полностью возьмут на себя функцию посредника между пользователем и информацией.

Анастасия Васильева уже давно делает ставку на несколько платформ: Топвизор‑Журнал, как и многие медиа, постепенно пришёл к модели распределённого присутствия — контент должен жить на нескольких платформах. Делать ставку на один канал — особенно на собственный сайт — рискованно. Основная активность аудитории смещается в соцсети, но и они остаются нестабильными: ограничения и блокировки могут возникать в любой момент, и это нужно учитывать в стратегии.

При этом диверсификация не означает максимальный охват всех площадок. Практичнее выбрать 2–3 канала, где контент проще всего создавать и где его удобнее всего потреблять аудитории, и системно развивать именно их.

AEO и GEO  

Рынок находится в переходной фазе. Новые механики в контексте работы с нейросетями ещё не оформились в единый стандарт, но уже постепенно меняют логику поискового продвижения. Что по этому поводу думают эксперты?

Георгий Шилов считает, что говорить о революции рано. Нейросети — это скорее новый способ учитывать те же сигналы, с которыми поисковые системы работали и раньше. 

Если сайт давно и стабильно занимает высокие позиции, обладает авторитетом и качественным контентом, он и так становится источником данных для LLM. Специально оптимизироваться под нейросети сейчас не требуется.

Похожего мнения придерживается Рамазан Миндубаев: попадание в AI‑ответы во многом зависит от текущих позиций в поиске. 

В Яндексе ключевую роль играет сила основной страницы, в Google — общее окружение и авторитет сайта. При этом нейросети в первую очередь перехватывают информационный трафик с низкой конверсией, который и раньше редко приносил ощутимый бизнес‑результат.

Михаил Шакин отмечает, что влияние AEO и GEO пока ограничено: объёмы трафика из нейроответов невелики, но в ближайшие 2–3 года нейросети могут забрать до 30% органического трафика из Google и Яндекса. Сейчас рост сдерживают неточности ответов и привычка пользователей использовать классический поиск. 

Однако полностью игнорировать AEO и GEO уже рискованно: это может обернуться стратегическим отставанием.

SEO, AEO, LMO, NEO… разбираемся в этих и других маркетинговых аббревиатурах 

Роман Ковалёв смотрит на GEO шире. По его мнению, это не продолжение SEO, а отдельное направление на стыке контент‑маркетинга, PR, SERM и поискового продвижения. Речь о том, чтобы бренд регулярно фигурировал в источниках, на которые опираются нейросети. 

Олег Шестаков идёт дальше: рынок SEO перешёл в фазу управления смыслами и сущностями. 

Нейросети и современные поисковые системы всё меньше работают с ключевыми словами и всё больше — с поисковыми интентами, потребностями пользователей и семантическими связями. 

Александр Ожгибесов допускает более жёсткий сценарий: традиционная поисковая выдача постепенно теряет статус основной точки входа. Пользователь всё чаще взаимодействует с ассистентами и нейроинтерфейсами. В такой модели отсутствие бренда в ответах ИИ фактически означает потерю видимости.

При этом Артём Маркелов подчёркивает, что AEO и GEO подходят не всем: они оправданы для крупных брендов, сложного B2B, финансового сектора и других ниш с высокой стоимостью лида, а для малого и среднего бизнеса это скорее дополнительный инструмент, который имеет смысл подключать только после решения базовых SEO‑задач. 

На российском рынке специализированные услуги AEO/GEO стоят от ~60 000 до 300 000 руб. в месяц в зависимости от объёма работ, уровня агентства и задач — включая аудит, адаптацию контента под нейросети и мониторинг видимости. Для сравнения: базовое SEO чаще стоит 30–200 тыс. руб./мес. в зависимости от сложности и конкуренции. 

Такая вилка показывает, что AEO/GEO — это надстройка над базовым SEO, оправданная прежде всего для крупных и высокодоходных проектов, а для малого и среднего бизнеса её подключение стоит рассматривать лишь после оценки экономической эффективности и решения базовых задач продвижения.

Инструменты для AEO/GEO 

Речь не столько о наборе сервисов, сколько о смене логики работы с видимостью бренда в нейросетях.

Анастасия Васильева делится, что Топвизор‑Журнал уже попадает в AI‑блоки Google и «Нейро» Яндекса и текущие подходы к продвижению показывают стабильный результат. При этом пока не до конца понятно, как корректно измерять эффект и интерпретировать метрики нейровыдачи. Рынок только начинает формировать инструментарий аналитики. Анастасия ждёт появления AI‑трекера в Топвизоре как одного из ключевых решений.

В целом ожидается, что темпы развития LLM после текущего скачка могут замедлиться. Это окно возможностей, чтобы адаптироваться к новой реальности и выстроить процессы работы с нейропоиском до следующего технологического рывка.

Олег Шестаков выделяет аудит знаний нейросетей о бренде как отправную точку GEO‑продвижения. 

Нужно системно проверять, какую информацию о компании транслируют нейросети. Модели нередко опираются на устаревшие источники, что приводит к искажению позиционирования, и с этим необходимо работать.

Механика попадания в ответы нейросетей: 

• Размещение на площадках, активно индексируемых моделями, таких как Википедия, крупные медиа (vc.ru, Forbes), профессиональные каталоги и профильные отраслевые порталы. Это даёт ИИ чёткие и структурированные сигналы о бренде.

• 30–40 повторяющихся упоминаний достаточно для стабильного появления в ответах ИИ. Публикации в рейтингах, экспертные статьи, цитаты в СМИ и кейсы на отраслевых ресурсах.

• LLM PBN — система согласованных площадок и контента, где материалы на разных ресурсах повторяют ключевые сущности, темы и факты о бренде, что помогает большим языковым моделям лучше понять и ассоциировать ваш бренд в ответах. Тематические блоги, отраслевые каталоги, профили на авторитетных платформах, собственные публикации и упоминания в обзорах.

Роман Ковалёв обращает внимание на стремительный рост сервисов, отслеживающих присутствие бренда в нейроответах, например: Pixel Tools, GPT‑Fox, «Тунец». 

Но ключевая ценность — в компетенциях команды. Для эффективной работы с GEO необходим редактор с сильным SEO‑бэкграундом. Решающим становится понимание контекста: что именно писать, для чего и в каком формате.

Артём Акулов использует технологичный стек: 

• Ahrefs и Semrush — конкурентная разведка и анализ ссылочного профиля. Ahrefs силён в работе с бэклинками: позволяет посмотреть ссылки сайта, проверить доноров и динамику видимости. Semrush берёт шире — огромная база ключевых слов, анализ рекламных стратегий конкурентов и контентное планирование. На практике их используют в паре: Ahrefs — для ссылочного, Semrush — для семантики и разведки по конкурентам.

• Surfer SEO и NeuronWriter — оптимизация контента на основе данных. Surfer анализирует страницы из ТОПа и выдаёт оценку по структуре, ключевым словам и качеству текста. NeuronWriter делает ставку на NLP: подбирает семантически близкие фразы, предлагает структуру и подсказки по перелинковке. Оба сервиса показывают, чего не хватает тексту, чтобы попасть в ТОП.

• GPT‑Fox — мониторинг видимости бренда в нейропоиске. Платформа отслеживает упоминания в ChatGPT, Claude, Perplexity, ЯндексGPT и Алисе, показывает тональность упоминаний и долю голоса бренда относительно конкурентов. Специалист загружает набор запросов, в том числе синтетически сгенерированных, и сервис регулярно фиксирует, упоминается ли бренд в ответах нейросетей и в каком контексте.

Артём Маркелов демонстрирует прикладной подход: 

• паразитные статьи на внешних площадках;

• системная работа с отзывами;

• создание крупных экспертных материалов на собственном сайте. 

По его мнению, такой контент чаще всего подхватывается нейросетями.

Как анализировать результаты в нейросетях  

Анализ результатов в нейросетях остаётся одной из самых сложных задач. Рынок всё ещё не располагает устоявшимися метриками и прозрачными инструментами измерения.

Георгий Шилов указывает, что корректно измерять GEO‑позиции на текущем этапе невозможно. 

Ситуация изменится, когда ChatGPT и другие нейросетевые платформы запустят полноценные рекламные модели. Тогда бренды будут получать статистику показов, аналогичную Яндекс Директу.

Михаил Шакин предлагает комбинировать классические SEO‑сервисы с инструментами мониторинга нейросетей. 

На рынке пока нет единого лидера среди таких сервисов, каждое решение имеет ограничения. Но отказ от их использования приводит к полной потере контроля над присутствием бренда в нейровыдаче.

Илья Горбачёв замечает, что точных метрик в ближайшее время не появится. Вместо ожидания появления универсальных показателей нужно фокусироваться на прикладных сигналах: 

• базовые вопросы о бренде (цены, отзывы, сильные и слабые стороны);

• контроль корректности ответов нейросетей, технические маркеры (логи сервера, данные Cloudflare).

Артём Маркелов рассматривает измерение эффективности в нейропоиске как отдельную, ещё не сложившуюся дисциплину. Привычные частотности здесь не работают: нейросеть думает не запросами из базы, а смыслами и контекстами — и Вордстат как инструмент уже не подходит.

Поэтому он предлагает строить аналитику через генерацию семантики с помощью самих же LLM. Логика простая: если нейросеть отвечает на вопросы пользователей, то и список этих вопросов должна составить она: GPT лучше знает, как люди формулируют запросы внутри диалога с ИИ. 

Такую семантику называют синтетической: она не берётся из Вордстата, а генерируется моделью на основе темы, ниши и типичных интентов. Результат — десятки или сотни разноуровневых формулировок, от простых до длинных разговорных, приближённых к реальным диалогам с ИИ.

Следующий шаг — съём видимости по этому набору. Специализированные сервисы (GPTFox, SE Ranking, Пиксель Тулс) прогоняют каждый запрос через нейросеть и фиксируют, упоминается ли бренд в ответе, на какой позиции и с каким контекстом. Итоговая метрика — доля ответов, в которых бренд был упомянут, с разбивкой по моделям: ChatGPT, Claude, Perplexity, DeepSeek, Алиса.

Это и есть главный показатель эффективности — не позиция в SERP, а процент видимости в нейроответах. Его динамика показывает, растёт ли присутствие бренда, по каким темам всё хорошо, а где пробелы.

Human‑First Content против массовой генерации

Тема Human‑First Content объединяется вокруг одного вопроса: что именно будет отличать ценный контент от массовой генерации?

Михаил Шакин уверен: экспертный контент сохранит ценность независимо от темпов развития генеративных моделей. 

Поисковые системы усиливают фильтрацию из‑за лавинообразного роста однотипного и низкокачественного контента: аналитики отмечают, что внедрение нейроответов уже снижает органический трафик на новостные и информационные ресурсы до 30–50%, а алгоритмы отдают приоритет уникальным и экспертным материалам.

Соответственно, нейросети стоит рассматривать как вспомогательный инструмент для создания структуры, планов или черновиков, но не как замену эксперта.

Артём Акулов делает акцент на контенте с добавленной ценностью: кейсы с конкретными цифрами, разборы ошибок, исследования и описания реального практического опыта. 

Он будет стабильно ранжироваться и попадать в ответы ИИ. Важным условием становится прозрачная идентичность автора: фотографии, социальные профили, подтверждённые достижения и т. д.

Георгий Шилов занимает скептическую позицию по отношению к концепции E‑E‑A‑T. Он считает её скорее мифом, чем реальным фактором ранжирования. Ключевой сигнал — вес и траст хоста в целом, а не наличие авторов и экспертных плашек.

Анастасия Васильева считает, что E‑E‑A‑T по‑прежнему важен — меняется не принцип, а его практическое применение.

Сегодня поисковые системы не всегда явно опираются на авторские страницы, а экспертным может считаться и контент, созданный с участием нейросетей. Часть ресурсов действительно «едет» на накопленном трасте Google. Но это не отменяет базового правила: игнорировать качество контента по‑прежнему дорого и стратегически невыгодно.

Принципы экспертного контента сейчас — это не инструмент для догоняющей оптимизации, а обязательный минимум. E‑E‑A‑T перестал быть экспериментальной гипотезой и превратился в базовую гигиену. В погоне за алгоритмами от него нельзя отказываться.

Любую экспертизу важно превращать в измеримую ценность для пользователя и бизнеса. В этом смысле требования Google можно рассматривать как ориентир качества: рынок успел к ним адаптироваться и встроить их в повседневные процессы.

Будущее ИИ‑контента

Рынок уходит от идеи «контента на кнопку» — устаревшей модели, когда материалы создавались массово и шаблонно только для генерации трафика и кликов, без реальной пользы пользователю, и движется к зрелым моделям, где нейросети становятся инструментом, а не самостоятельным источником ценности.

Михаил Шакин скептически относится к концепции масштабных контент‑заводов. 

Да, технически возможно создавать тысячи сайтов и публиковать сотни тысяч материалов в день, но у такого контента не будет аудитории. Из огромного массива выстреливает доля процента, остальное превращается в информационный шум.

Рамазан Миндубаев соглашается: массовая генерация контента не исчезнет, но её отдача будет снижаться. Поисковым системам не нужны тысячи однотипных источников — достаточно ограниченного набора качественных сайтов. ИИ здесь выступает помощником эксперта, снимая рутинные задачи.

Илья Горбачёв высказывается жёстче: ценность биржевых копирайтеров практически исчезла. 

При грамотной настройке промптов ИИ выполняет их работу быстрее, дешевле и зачастую качественнее. Но нишевые эксперты — врачи, инженеры, практики — не теряют актуальности при условии, что используют ИИ как помощника.

Роман Ковалёв отмечает: поисковые системы и нейросети относятся к AI‑контенту так же, как и люди. Плохие материалы игнорируются, качественные учитываются независимо от того, кто их создал. Ключевой фактор — конечный результат: полезность, достоверность и соответствие контексту.

Артём Акулов подчёркивает: массовая генерация «на кнопку» не способна привести к устойчивым результатам. Рабочая модель 2026 года — формат «умных контент‑заводов», где эксперт и редактор работают совместно, а ИИ используется исключительно как ускоритель.

Георгий Шилов добавляет системный контекст: поисковые системы перешли от дефицита контента к его профициту ещё 2–3 года назад. ИИ лишь ускорил процесс удешевления производства контента.

Олег Шестаков отмечает: к концу 2025 года объём AI‑контента превысил объём контента, созданного людьми. Исследование Ahrefs показало, что в апреле 2025 года около 74% новых веб‑страниц содержали AI‑контент (частично или полностью).

В его личной практике около 80% контента создаётся с использованием нейросетей, но по строго регламентированному процессу. Ключ к успешному ранжированию — полное закрытие пользовательского интента, а не происхождение текста.

Как эксперты сами используют нейросети

ИИ перестаёт быть экспериментальным инструментом и становится встроенной частью рабочих процессов.

Олег Шестаков описывает будущее агентств как AI‑driven‑модель. 

Он использует ИИ для анализа ниш, генерации стратегий выхода на новые рынки и автоматизированного разбора ссылочных профилей конкурентов. Но все критически важные решения проходят проверку человеком.

Михаил Шакин делает акцент на повышении производительности команд. Его стратегическая цель — чтобы команда из 5–10 специалистов могла выполнять объём работы, сопоставимый с результатами 50–100 сотрудников. 

Он активно автоматизирует рутинные процессы: подбор площадок для размещения ссылок, создание черновиков статей, выстраивает каскадные промпты.

Артём Акулов фокусируется на построении сложных автоматизированных процессов. 

Он рекомендует использовать n8n как основу для работы с нейросетями. Этот инструмент позволяет выстраивать многошаговые рабочие процессы: парсить топовые страницы, анализировать контент конкурентов и автоматически формировать рекомендации по улучшению сайта.

Георгий Шилов использует нейросети в прикладном ключе: генерация контента, помощь в написании кода, анализ данных и написание скриптов. Нейросети дают прирост скорости и удобства работы, но всегда остаются частью более широкой системы, подконтрольной человеку.

Останется ли SEO в Яндексе рентабельным 

Вопрос рентабельности SEO в Яндексе остаётся предметом активных дискуссий. За последние годы на рынке резко изменились условия: доля прямого поиска и агрегаторов растёт, рекламные бюджеты повышаются, а конкуренция усиливается. При этом растёт и использование накрутки поведенческих факторов — методов, направленных на моделирование активности пользователей на сайте, что существенно искажает данные о реальном поведении аудитории и усложняет прогнозирование эффективности органического продвижения. Оценки варьируются в зависимости от ниши, уровня конкуренции и методов продвижения.

Как бороться с накруткой поведенческих факторов 

Михаил Шакин уверен: SEO в Яндексе продолжит оставаться рентабельным в ряде тематик, несмотря на рост рекламных затрат, влияние агрегаторов и накрутки.

Он прогнозирует постепенную нормализацию рынка: алгоритмы Яндекса будут усиливаться, массовые накрутчики уйдут. На первом месте остаётся контент, который полностью закрывает пользовательский интент.

Артём Акулов отмечает, что в нишах финансов и крупного e‑commerce продвигаться в Яндексе становится практически бессмысленно. 

Частотности сильно искажены из‑за накруток, рынок перегрет, классическое SEO теряет экономическую эффективность. Массовых банов за накрутку поведенческих факторов не будет, поскольку практически все игроки её используют.

Рамазан Миндубаев считает, что SEO в Яндексе по‑прежнему рентабельно, хотя для малых игроков вход в некоторые ниши станет дороже. Яндекс продолжит регулировать рынок, но без радикальных шагов.

Олег Шестаков отмечает плачевность ситуации. Яндекс перегружен рекламой, тогда как борьба с накруткой поведенческих факторов не является приоритетом. 

«Белое» SEO уже не обеспечивает экономическую достаточность для продвижения: необходимо учитывать комплекс инструментов и автоматизацию.

Георгий Шилов добавляет: как только реклама в поисковой выдаче станет нерентабельной, бизнес уйдёт сам, и рынок отрегулируется, оставив органику. 

Накрутка поведенческих факторов будет работать только в высокомаржинальных нишах, но стоимость её применения возрастёт.

Роман Ковалёв поделился тем, что в некоторых перегретых нишах его агентство уже вынуждено отказывать клиентам, так как большую часть ТОПа занимают сайты с накруткой. В таких условиях классическое SEO перестаёт быть экономически оправданным.

Александр Ожгибесов оценивает продвижение в Яндексе как практически бессмысленное в текущих условиях из‑за перегрева рынка.

Артём Маркелов подчёркивает: SEO в Яндексе по‑прежнему приносит стабильные конверсии. Пользователи продолжают доверять органической выдаче, что сохраняет актуальность классического SEO.

Инструменты продвижения в Google на 2026

Несмотря на глобальное лидерство Google (около 89–90% мирового рынка поиска), в России он работает в условиях выраженной региональной специфики: по данным открытых статистических сервисов, в 2025–2026 годах Яндекс удерживает порядка 70–74% поискового рынка, тогда как доля Google составляет примерно 24–27%. Тем не менее это делает Google по‑прежнему актуальным каналом продвижения — прежде всего для конкурентных коммерческих ниш, B2B‑сегмента, IT‑проектов и сайтов с ориентацией на международную аудиторию. 

Георгий Шилов прогнозирует, что в 2026 году PBN и внешние размещения сохранят актуальность, но трастовых ссылок станет меньше, а алгоритм Penguin усилится. Нередко придётся не наращивать ссылки, а корректировать и снимать часть из них.

Михаил Шакин делится мнением, что для Google остаются рентабельными все классические подходы при правильной экономике: собственные сетки сайтов, аутрич и паразитное SEO. Ключевой вопрос упирается в экономическую эффективность.

Виды ссылок: сабмит, крауд, аутрич, PBN, пресс‑релизы 

Роман Ковалёв замечает более стабильную ситуацию в Google. Возвращение публичных оценок сайтов в 2026 году стало бы позитивным сигналом для рынка.

Рамазан Миндубаев утверждает: Google по‑прежнему опирается на три базовых элемента — возраст домена, авторитет и бренд. 

Ссылки и аутрич остаются эффективными. Особое внимание поисковик уделяет развитию информационной части сайта: экспертные материалы продолжают ранжироваться.

Илья Горбачёв фиксирует рост проектов, которые почти не наращивают ссылки и добиваются прогресса за счёт качества контента, структуры и добавочной ценности. 

Речь не только о тексте, но и о полноценной странице как продукте: калькуляторы, интерактивные элементы, обсуждения и логика суперполезности.

Артём Маркелов замечает, что Google остаётся приоритетом по качеству лидов. На российском рынке по‑прежнему эффективно работают PBN, ссылочные биржи среднего сегмента, массовость и грамотное системное распределение ссылок.

Посадочные страницы 

Анастасия Васильева считает, что даже сильный ссылочный профиль, проработанная структура и идеальная техническая оптимизация закрывают лишь часть задачи. Если продукт не решает реальную потребность пользователя, а контент не вызывает доверия, SEO‑усилия не дадут устойчивого эффекта: пользователь зайдёт, не найдёт ценности и уйдёт, увеличив долю отказов. Поэтому ключевые ориентиры — поведенческие сигналы и конверсии, а не только позиции и трафик.

Рабочий принцип — смотреть на сайт глазами пользователя. Если с первого экрана непонятно, что именно предлагает компания и зачем это нужно покупать, никакая оптимизация не компенсирует продуктовые и коммуникационные проблемы.

Все эксперты сошлись во мнении: при всех изменениях алгоритмов, усилении внешних факторов и развитии нейросетевых сигналов фундаментом продвижения остаётся качественная посадочная.

Нейросети отдают предпочтение страницам, которые быстро загружаются, корректно индексируются и содержат полный, логически связанный массив информации. Комплексность продолжает быть конкурентным преимуществом.

В YMYL‑тематиках без сильной посадочной страницы продвижение практически невозможно. В остальных нишах принцип тот же: чем проще, понятнее и полезнее страница для пользователя, тем выше отдача от внешних факторов. Коммерческие страницы при этом требуют глубокой проработки: интенты закрываются не только текстом, но и калькуляторами, конфигураторами, карточками объектов, интерактивом.

Главное

SEO не исчезает — оно трансформируется. Нейросети не отменяют классического продвижения, а повышают планку качества: усиливается роль экспертности, репутации бренда и комплексной работы с видимостью в информационной среде. При этом отдельной оптимизации под ИИ не существует: выигрывают проекты с сильной базой, авторитетом и системным подходом к продвижению.

Массовый информационный контент теряет эффективность, на первый план выходят реальный опыт, кейсы и глубоко проработанные посадочные страницы, которые полностью закрывают интент пользователя. Внешние факторы и AI‑инструменты усиливают результат, но не заменяют фундамент. ИИ становится средством ускорения и автоматизации, однако устойчивый рост по‑прежнему определяется качеством стратегии и экспертизой команды.

Ещё по теме

Как интегрировать GEO в SEO

SEO‑тренды 2026: что будет определять поиск в ближайший год

On‑page SEO: полное руководство на 2026 год